Агрохолдинг Евгения Баскина «Серволюкс», крупнейший в стране производитель мяса птицы, ввел в эксплуатацию завод ЗАО «Юнимит». Под Смолевичами в год будут выпускать 26 тысяч тонн сырых полуфабрикатов и готовых продуктов. Баскин пошел не по более привычному пути покупки активов — за полтора года завод построен с нуля. А вот бренд для новой продукции оставили привычный — «Петруха».
«Раньше для реализации успешного проекта нужны были три составляющие: идея, команда и финансирование. Сегодня все свелось к одному — команде. Если есть команда, она сможет сформулировать идею. А под команду и идею получить финансирование не проблема», — кратко благодарит команду председатель совета директоров СЗАО «Серволюкс» Евгений Баскин, перерезая красную ленточку.
В проект вложено 24 млн долларов, в том числе часть инвестиций — привлеченные недавно ресурсы ЕБРР, ставшего миноритарным акционером компании. Баскин отмечает, что по оптимистичному сценарию срок окупаемости инвестиций — пять лет.
«Мы формируем новую рыночную нишу, а это всегда непросто. Но очевидно, что потребительские запросы смещаются в сторону готового продукта», — рассказывает представленный главным идеологом проекта гендиректор «Серволюкса» Алишер Адылов. Причем и люди мигрируют от приобретения обычной тушки в разделку, и сегмент HoReCa также ищет производителей.
«Миграция потребителя в крупных мегаполисах происходит стремительно. Женщины погружаются в бизнес и отходят от готовки в привычном нам понимании к продуктам высокой степени готовности. В Средней Азии семимильными шагами начинает развиваться фастфуд — туда приходит KFC, другие сети», — отмечает Адылов.
Новый завод, как ожидают в компании, на домашний рынок будет поставлять 30−35% своей продукции. Остальное пойдет в ближнее и дальнее зарубежье, в том числе на основной рынок — в Россию. Кстати «Серволюкс» одним из первых начал осваивать китайское направление. И оставлять не планирует. «У нас даже объемов не хватает, спрос высокий», — говорят специалисты.
Сегодня основной продукт «Серволюкса» — разделка птицы, причем степень разделки растет. «Переворот произошел буквально за год: медальоны, стрипсы, бедро без косточки стали резко набирать популярность», — констатирует гендиректор.
Важным потребителем топ-менеджмент видит и сегмент HoReCa. В кафе и рестораны может пойти от 20% выпускаемых полуфабрикатов и готовых продуктов: и несмотря на совсем недавний запуск, уже есть запросы от крупных игроков фастфуда.
На постсоветском пространстве это третье такое предприятие — и самое новое, двум другим больше десяти лет, отмечают на «Серволюксе». «Конкуренция в России высокая во всех сегментах рынка. В сегменте птицы она еще выше. Но у нас в ней достаточно мощные позиции. Сегодня на российском рынке мы продаемся в самой высокой ценовой категории. И в низкий сегмент мы уходить не планируем», — отмечает Евгений Баскин.
Цена решает
Одним из важных вопросов для производителей мясной продукции остается ценовой. «Мировая конъюнктура достаточно интересная — в Китае гуляет АЧС, треть поголовья уничтожена, а это важный мировой игрок, — рассказывает Баскин. — Кроме того, сейчас формируется цена на зерно нового урожая, она будет выше прошлогодней примерно на 20% — а это один из важнейших факторов цены на мясо птицы». Но ценовых потрясений на рынке курятины до конца года не будет, уверен он: «Рост если и будет, то небольшой».
В начале года стало известно, что Баскин присматривает объект для покупки в России. «Это игра на опережение. Пока никакие объекты мы не приобретали. Переговоры ведутся, но решение не принято. В России сегодня много объектов не в очень хорошей форме. Предложений много, мы их рассматриваем. У нас есть проблема доставки охлажденной продукции в Москву, Санкт-Петербург, другие регионы. Мы очень плотно работаем с крупнейшими российскими торговыми сетями, удовлетворить растущий спрос сложно. Поэтому есть интерес к локализации производства в Центральном федеральном округе, возможно — дальше».
Производители Беларуси и России существуют в разных условиях, отмечает Евгений Баскин: российские производители работают в рамках национальных проектов, предполагающих дешевое финансирование, — 3% в российских рублях на срок до 10 лет, есть программы поддержки экспорта.
Куриное золото
Новый завод вырос на месте второго убойного цеха Смолевичской бройлерной птицефабрики, выкупленной «Серволюксом» в 2012 году. Старый цех полностью демонтировали, и в ноябре 2017 года здесь начались работы. Главные плюсы площадки — наличие инфраструктуры и небольшое транспортное плечо: сырье практически на одной площадке — с фабрики «Смолевичи Бройлер», рассказывает директор ЗАО «Юнимит» Александр Доропей.
Площадь производственного здания — 10 тысяч кв. метров. На новом производстве работают около 150 человек, а при выходе на проектную мощность будет 240−250 человек.
Первый, запущенный в мае, цех по производству полуфабрикатов и фаршей уже вышел на загрузку в 70%. Начали выпуск готовой продукции — запеченной курятины.
Чем новее пищевое производство, тем жестче с санитарными требованиями. Так что нас ждут сменная обувь, одноразовые носки, брюки, халаты, шапки, для модных мужчин — набородники. Краткий инструктаж: часы, кольца и вообще все украшения снять, за руку с сотрудниками не здороваться, от сопровождающего не отставать. Дальше — через несколько санитарных шлюзов на производство.
«В будущем сюда будем запускать только проверяющие органы», — отмечает директор. Система прослеживаемости позволяет увидеть путь продукта от птичника до потребителя, совместима с российским «Меркурием».
Температура в производственных зонах — не выше двенадцати градусов, там, где работают с сырым мясом, — еще холоднее. На предприятии две рампы: для приема охлажденного и замороженного сырья. Принцип обращения с сырьем: первое вошло, первое вышло. Склад позволяет держать запас сырья на месяц.
Все сырье и готовый продукт проходят через металлодетекторы: любые инородные включения должны быть выявлены.
Ключевая в цеху машина — волчок компании Laska. На нем мясо измельчается, причем перерабатываться здесь может и охлажденное, и замороженное сырье. На наладку оборудования приезжал сам владелец компании, отмечает Александр Доропей.
К измельченному мясу потом по рецепту добавляют соль, специи и вымешивают.
Готовый фарш может отправляться на разные линии. На одной формуют наггетсы, шницели и стрипсы. Выход продукта из барабана происходит с помощью сжатого воздуха. Потом три цикла панировки: мукой, затем жидкая панировка и сухари. Хотя на привычные нам сухари они не очень похожи — кукурузно-желтого цвета, от ирландского производителя, построившего завод в Подмосковье.
Следующая стадия — предварительная обжарка в масле. При температуре 185 градусов она длится 40−45 секунд. Продукт обретает финальный цвет, а панировка не должна отделяться от наггетса.
И в печь при 150−160 градусах на 5−7 минут до полной готовности. Шоковая заморозка при минус 38 градусах — и продукт готов к финальной упаковке.
Источник: TUT.BY
